otkaznik (otkaznik) wrote,
otkaznik
otkaznik

Опять про Латынину (почти вынужденно)


Наверное не стоит оно, точнее она, того чтобы тратить время и усилия на разбор ее творческих полетов. Но так уж получилось, возник спор с приятелем, и я обещал написать свои суждения об этом предмете. Речь идет об очередном выступлении Юлии Латыниной на «Эхе Москвы».

 

Вообще говоря, я давно перестал регулярно слушать выступления или читать статьи этой журналистки по причине недостаточного почтения к ее литературным талантам и более чем сомнительной нравственной позиции. Последний «Код доступа» оказался в поле внимания случайно – я делал какую-то механическую работу, а «Эхо Москвы» было включено. В принципе, то, что я услышал, ничего нового к пониманию этой дамы не добавило и лишь подтвердило сложившееся на основе предыдущих наблюдений мнение. Жанр, в котором она работает, я бы назвал развлекательной журналистикой, а Юлию Латынину я считаю талантливым шоуменом, вернее, шоувуменшей.  Разница все же в том, что в шоу-бизнесе не принято претендовать на реалистическое представление фактов и документальную точность представляемого. А Латынину многие воспринимают, и она часто поддерживает это заблуждение, как чуть ли не репортера.

В целом с большим подозрением относясь к журналистике, я все же выделяю в ней какую-то разумную составляющую, складывающуюся в основном именно из репортажей. В этом сегменте работать чрезвычайно трудно, поскольку требуется немалое искусство отделять собственное мнение от объективного представления фактуры. Журналистские расследования, при всей их общественной значимости, несут опасность субъективизма и предвзятости, способные приводить к неприятным последствиям. Именно в этом жанре от журналиста требуется огромная ответственность, основанная на нравственной позиции. Латынина как раз претендует на роль журналиста, занимающегося расследованиями. И в этой роли вызывает мои возражения. 

 

В последнем «Коде доступа» Латынина стала говорить об убийстве Козлова и обвинении Френкеля. Вот выдержки из ее рассказа http://echo.msk.ru/programs/code/567940-echo/:

 


Убийство Андрея Козлова. Следствие проведено было безобразно. Настолько безобразно, что пришлось закрыть процесс. А убийц защищал все тот же адвокат Коблев. На этот раз при попытке купить присяжных присяжный, которого пытались купить, был пойман за руку. После этого оказалось, что правозащитники однозначно встали на защиту убийцы Козлова, который не только наследил неимоверно, но и человек, мягко говоря, с неадекватной психикой. Я должна сказать, что я посвятила этому делу, делу Козлова, несколько месяцев. Это было для меня внутренне важное дело. Опрашивала свидетелей, до которых следствие никак не добралось. Просто потому, что это было не важно, это вне рамок уголовного дела. Читала детализации, которые следствие не прочло и которые страшно изобличают вину подсудимых. Пыталась объяснить в личном разговоре правозащитнику Льву Пономареву, кто такой Френкель. После этого против меня была организована кампания травли. Я знаю… я думаю, что она была организована Пономаревым, потому что в статьях, которые писались, цитировались мои личные разговоры с Пономаревым, которые я никогда не придавала гласности. Причем статьи были примерно такие: «Мы не знаем обстоятельств дела, мы не изучали дело, но мы пришли в суд, я там увидела человека, – пишет одна из авторов статей, – с грустными глазами на скамье подсудимых. Я не знаю, в чем его обвиняют. Но мне адвокат сказал, что он не виноват, поэтому, конечно, Латынина – сливной бачок и агент ФСБ, если она осмеливается обвинять этого человека. Т.е. оказалось, что, с точки зрения правозащитников, расследовать дело и искать доказательства есть преступление, есть заведомо то, что ты сливной бачок: «я не читала, но скажу…» Причем после этих статей появилась статья Льва Пономарева, которая представляла из себя пересказ, очень странный, статьи из «Совершенно секретно», которая оправдывала подсудимых. Я была в полном недоумении. Оказывается, если ты несколько месяцев расследуешь дело, ты агент ФСБ. Но если ты пересказываешь подметную статью в «Совершенно секретно», то ты правозащитник. И вот люди за мое расследование меня пинали, меня называли сливным бочком, меня называли агентом ФСБ, с полным, железным ощущением собственной правоты и непогрешимости.
Им даже в голову не приходило, что может быть

 

Т.е. от меня, наверное, ждут, что в связи с убийством Маркелова и Бабуровой я первым делом буду обличать власти за бардак. Это правда. Это бардак. Преступления не раскрываются, про людей с пулей в затылке говорят, что они умерли сами, менты крышуют бизнес, им некогда раскрывать преступления. Да, нет такого преступника, который не рассчитывает на собственную безнаказанность. Но когда его поймают, нет такого преступника, нет такого подонка, который не вправе рассчитывать на безоговорочную поддержку правозащитников. Тех, кто не пойман, покрывают органы. Тех, кто пойман, покрывают правозащитники. Обратите внимание, если речь идет не о политике, если речь идет не о «ЮКОСе», не о Сторчаке, не о Бульбове, а о громкой уголовщине, огромное количество преступлений у нас раскрыто. Заказчика могут не назвать, как в случае с Политковской, следствие может быть бездарным, как в случае Козлова, но они все-таки раскрыты. Но если они раскрыты, обязательно правозащитники объявят убийцу только за то, что он сидит на скамье подсудимых, невиновным, уже потому, что он арестован.

 

Если внимательно вчитаться в построения Латыниной, то станут отчетливо видны дефекты ее логики и нравственной позиции. С одной стороны она здесь, как и многажды ранее признает несостоятельность российского судопроизводства. В условиях дефектного, сдвинутого, перекошенного судопроизводства и плохой работы правоохранительных органов, когда о независимости и объективности суда не может быть и речи, функция института правозащитников становится чрезвычайно важной. Поскольку признается дефектность системы, неважно, кто попадает в ее жернова. Базовое понятие «презумпции невиновности» делает защиту жертв произвола чрезвычайно важной. Латынина же, признавая эту дефектность, неожиданно предлагает в каких-то случаях все же ей доверять и обвиняет правозащитников в покрывательстве «заведомых» подонков и убийц. При этом присваивает себе право решать, кто преступник, кто нет. Отмечу, что происходит с ней подобное не первый раз. Два года назад она занимала похожую позиции в связи с процессом над Игорем Сутягиным. Тогда хороший комментарий дала Мариэтта Чудакова http://www.grani.ru/opinion/chudakova/m.109441.html (см. http://otkaznik.livejournal.com/tag/%D0%9B%D0%B0%D1%82%D1%8B%D0%BD%D0%B8%D0%BD%D0%B0).

 

Фактические ляпы в выступлениях Латыниной, на которые неоднократно указывали в разных местах, на мой взгляд, не столь существенны, как то, что стрелка ее нравственного осциллографа показывает совсем не туда.


Tags: Латынина
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 9 comments