April 16th, 2021

seattle

(no subject)

ЗАСТОЙ-2: ГРОЗИТ ЛИ РОССИИ НОВЫЙ СТРУКТУРНЫЙ КРИЗИС?
Более десяти лет российская экономика находится в состоянии долгосрочной стагнации: средние темпы роста не превышают 1% в год, отрыв России от развитых стран увеличивался, а по уровню ВВП на душу населения ее обогнали за это время как минимум шесть стран. Между тем публичная дискуссия о причинах стагнации и возможности выхода из нее даже не ведется. Цели экономического роста подменены планово-бюрократическим конструктом «национальных проектов». Ситуация напоминает знаменитую эпоху «Застоя» 1976 - 1984 гг., а текущие темпы роста даже существенно ниже, чем были в тот период.
Чем грозит России эта ситуация, долго ли она продлится и есть ли альтернативы? Об этом новый доклад Фонда Либеральная миссия «ЗАСТОЙ – 2»: ПОСЛЕДСТВИЯ, РИСКИ И АЛЬТЕРНАТИВЫ ДЛЯ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ» (https://liberal.ru/wp-content/uploads/2021/04/zastoj-2.pdf), подготовленный по итогам дискуссий группы известных российских экономистов.
Текущая политика правительства выдвигает в качестве безусловного приоритета «стабильность», которая, с экономической точки зрения, представляет собой модель перераспределения ресурсной ренты и доходов от экономической деятельности, соответствующую интересам политической элиты, ряда секторов российского бизнеса и некоторых групп населения. Закреплению модели способствует фундаментальная установка на экономический изоляционизм, мотивированный курсом внешнеполитической конфронтации.
Эта модель невыгодна для молодежи, квалифицированных специалистов, компаний технологического сектора с экспортным потенциалом. Но именно эти группы менее всего могут влиять на принятие решений. Таким образом, в текущей модели можно наблюдать симбиоз изоляционизма, дирижизма и расширенных политических ограничений, обеспечивающих «равновесие стагнации».
Несмотря на создаваемые препятствия для роста, эта модель обладает изрядной устойчивостью за счет внешнего спроса на сырье в сочетании со свободными внутренними ценами и валютным курсом. И власти демонстрируют твердое намерение поддерживать «равновесие стагнации», опираясь на внутренние резервы. Для этого им потребуется в ближайшие годы добиться интенсификации труда без адекватной компенсации и мобилизовать частные капиталы на решение собственных инвестиционных задач. Это и есть базовый сценарий «Застой-2».
Однако существуют факторы серьезной уязвимости «равновесия стагнации». К ним прежде всего относятся: (1) ожидаемое сокращение доходов от нефтегазового экспорта в 2020е гг. на 25 – 30%, (2) демографический анти-дивиденд: серьезное сокращение доли молодых и образованных работников и общего числа занятых в экономике, (3) «черные лебеди»: продленный эффект пандемии, накапливающийся эффект санкций и риски их усиления, техногенные кризисы и пр. Их совокупное действие весьма вероятно сделает невозможным поддержание тех же минимальных темпов роста в 2020е, усилит тренд снижения реальных доходов, что вызовет значительное социальное напряжение, рост конфликтности и снижение политической устойчивости режима. Это сценарий «разбалансировка 2020х».
Наконец, еще одной важной угрозой являются накапливающиеся изменения в мировом энергобалансе, которые будут дополнительно стимулироваться давлением «климатической» повестки и скорее всего приведут в перспективе 10 – 15 лет к изменению стратегий игроков энергетического рынка и резкому долгосрочному снижению цен на нефть. Драматизм ситуации состоит в том, что изменения в структуре экспорта, позволяющие хотя бы частично заменить выпадающие доходы, требуют длительных усилий (на горизонте 10 – 15 лет), т.е. немедленной смены экономического курса. В противном случае второе десятилетие «Застоя – 2» может стать прологом к полномасштабному социальному и экономическому кризису – сценарий «кризис 2030х».
Российская экономикам находится в «ловушке средних доходов»: последние 15 лет ВВП на душу населения колебался в диапазоне 55 – 65% от уровня развитых стран. В сценарии «Застой - 2» в середине 2030х этот показатель опустится до 50%. Выход из ловушки требует смены курса и неординарных усилий. Однако обществу трудно смириться с тем, что стратегии и структура экономики, обеспечившие рост в прошлом периоде, перестали работать – мощные коалиции прикладывают максимум усилий для сохранения статус-кво.
На сегодняшний день известны два сценария преодоления вызова средних доходов и перехода в клуб развитых стран: 1) наличие «институционального якоря» вкупе с перспективами доступа к рынкам «якорных» стран (европейская модель), 2) форсированный экспортоориентированный рост (азиатская модель). Для России невозможны в чистом виде ни первый, ни второй сценарий, но возможна контаминация их элементов.
Используя географическое преимущество близости к Европе и Азии и преимущество в качестве человеческого капитала, Россия могла бы занять нишу экспортера продукции, основанной на европейских технологиях, на рынки СНГ и Восточной Азии. А используя преимущества масштаба рынка и высокое качество человеческого капитала – расширять свое участие в глобальных цепочках стоимости и капитализировать региональное лидерство в интернет-экономике.
Такая стратегия не сулит «волшебного прорыва», но позволит избежать второго за пятьдесят лет структурного кризиса, связанного с волатильностью цен на нефть, поддержать имеющиеся конкурентные преимущества и войти в новую технологическую эру с лучшим потенциалом и более устойчивой структурой экономики. Условием реализации этого сценария, однако, является энергичная смена приоритетов конфронтации в пользу приоритетов развития и переход к политики открытости экономики.
Стратегии «опоры на собственные силы» позволяли бедным странам расти на ранних этапах, но возможность роста от уровня средних доходов выше всегда связана с открытостью экономики и международной кооперацией.
seattle

(no subject)

В течение довольно долгого времени и особенно в связи с драматическими событиями каденции Трампа и его проигрыша на последних выборах я наблюдал, в степени мне доступной, реакцию публики. По большей части русскоязычной, но не только. Конечно по преимуществу наблюдение происходило в соцсетях, что само по себе делает его неизбежно скособоченным: в сетях обретается публика со специфическими особенностями, которые необходимо принимать во внимание. И тем не менее, мне представлется наблюденное заслуживающим внимание.


Среди многих разных особенностей мироощущения наблюдаемой мною публики я выделяю одно, неизменно вызывавшее удивление, граничащее с изумлением. Я характеризую это свойство повышенной тревожностью, алармизмом, часто даже апокалиптическими ожиданиями. Постоянно встречаясь с проявлением этого свойства по самым разным поводам, я мысленно пытался оппонировать и даже что-то написать. Пока не стал читать книжку Стивена Пинкера Enlightenment Now. В ней я нашел замечательные аргументы, которые мне захотелось предъявить тем моим виртуальным оппонентам как представляющие точку зрения, милую моему сердцу. Я пошел так далеко, что даже стал переводить главу Progressophobia, которую и помещаю ниже. Если мне хватит пороха, а читателям интереса, я готов продолжать. Посмотрим.

Collapse )