March 19th, 2015

seattle

(no subject)

Наблюдаю, как выпадаю из русского языка. Получаю от клиента такое: "...направляем крайний вариант договора...". Некоторое время размышляю, о чем идет речь? Наконец вспоминаю, что, кажется, они там заменяют "последний" "крайним". Какое-то суеверие, но лингвистически диковато. Ладно, мои клиенты люди непросвещенные и в сущности простоватые. Но вот обнаруживаю, что и властитель дум и инженер человеческих душ Захар Прилепин вовсе не чужд народных веяний. Пишет он про журнал "Максим":...В крайнем номере много вялых шуток про санкции...
Писателям ведь положено верить. А я не собираюсь. Со стариковским упрямством по-прежнему отказываюсь, как впрочем и считать Прилепина писателем.
seattle

(no subject)

Среди редких визитеров моего журнальчика вряд ли найдутся пожилые, помнящие 60-е годы прошедшего века. Тем не менее рискну спросить. У Натальи Трауберг я где-то встретил впроброс сказанное, что мол де в 60-е годы у интеллигенции поменялось отношение к Чехову. Припомнили ему иудофобию. Я этого не помню и не могу найти подтверждения. Кто-нибудь может дать справку?