January 24th, 2015

seattle

Кирилл Рогов - К спорам о "Левиафане"

Originally posted by object at Кирилл Рогов - К спорам о "Левиафане"
"Левиафана я посмотрел, но речь сейчас не о кино. Нижеследующие пять слов навеяны сиюминутными впечатлениями от происходящего в разных местах и заведениях, впечатлениями текущего. Вот этим всем бытовым институциональным "крымнашизмом", который повезде как трава лезет в рост.
Простая медицинская констатация состоит в том, что все, к чему ни коснется ваша рука "русского возрождения", превращается в какое-то непереносимое институциональное говно. Оно прет из вас и прет, и ничего вы не умеете, кроме него, и ничего после вас, кроме него, не остается. Ни старых зданий, ни памятников, ни культуры, ни благих намерений.
Русофобия, говорите? Идите в жопу. Большей русофобии, чем вы - с вашей "новой Москвой", наляпанной на уничтоженных архитектурных памятниках, с вашей выдуманной Новороссией и никогда не бывшим крещением в Корсуне, нет и быть не может.
Это вы рассадили по университетам, церквям и судам воров и проституток, а кто возопит против воров и проституток в церквях и судах, - тот у вас враг церкви и русофоб. Вы русогубы.
Мы ненавидим Россию? Нет, только тот слой дерьма вашей безбожной алчности, которым вы ее покрыли.
Это не цитата и я не выпил, просто фейсбук меня спрашивает, о чем я думаю. Я ответил."
seattle

(no subject)

...As for the title, it refers to many things: the fearsome view of constitutional order propounded by Thomas Hobbes, in 1651; the skeleton of a whale, stranded and whitened on the beach; and the monster named in the Book of Job, of whom the Almighty says, “Lay thine hand upon him, remember the battle, do no more.” Kolya’s decline, as he wrestles with the bulk of official power, is indeed Biblical in its swiftness, but at least Job wound up with a thousand she-asses. Our hero can hardly keep himself in hooch. “Leviathan” is a tale for vertiginous times, with the ruble in free fall. There must be thousands of stories like Kolya’s right now, lives folding and collapsing, upon which Zvyagintsev could cast his unfoolable eye. Despite that, he is not primarily a satirist, or even a social commentator; he is the calm surveyor of a fallen world, and “Leviathan,” for all its venom, never writhes out of control. His compositions keep their poise, and the sight of a digger destroying a house, chomping away at furniture and walls, is presented in a long and tranquil take. All ages, and all habitations, are ripe for wrecking; Roma and his mates—Russia’s future—hang out in the hull of a ruined church, around a fire. “Yet man is born unto trouble, as the sparks fly upward,” Job was told, and we watch those same sparks, rising peacefully into the dark.

http://www.newyorker.com/magazine/2015/01/05/good-fights-4