November 19th, 2011

seattle

(no subject)

Умер Юрий Карякин. Я не знал его в яркие, перестроечные годы его жизни. В то время заботы освоения новой страны и жизни занимали меня полностью. Спустя много лет я купил в Москве его книжку «Перемена убеждений» и прочел с интересом.  Вместе с книгами других перестроечных деятелей советского замеса книжка дала возможность лучше понять что случилось и почему. Он, вероятно, был лучше многих своих товарищей по судьбе. RIP
seattle

(no subject)

В начале 70-х приехал к нам в институт известный в нашей науке американский профессор. Меня, тогда еще сравнительно молодого человека, приставили к нему по причине языка переводить лекции и вообще помогать. Съездили мы с ним в Киев, в институт кибернетики. Читал он там лекцию, бродили мы с ним по Крещатику, где и жили в гостинице «Москва». Красота. В Москве, не гостинице, а городе, обломилась ему некоторая сумма денег за переведенную его монографию. Не то чтобы очень много, но все же прилично. А главное, неожиданно, т.е. он никак не ожидал. Если я не ошибаюсь, о ту пору СССР еще ни в какие авторские конвенции не входил. Поэтому на выплаты авторских вознаграждений смотрели свободно, как правило игнорировали, но иногда и платили. В его случае заплатили. Решил он на этот неожиданный куш купить подарок своей жене. Пошли выбирать. В каком-то магазине, уже не помню каком, остановился он в меховом отделе и долго разглядывал беличью шубку. Шубка была и вправду красивая, мне, во всяком случае, понравилась чрезвычайно. В конечном итоге от идеи покупки он отказался, хотя денег было достаточно. Я недоумевал, полагая из своих соображений, что лучшего подарка жене придумать трудно. Потом он объяснил. Сказал, что в городе, где он живет, такую одежду в принципе носить нельзя. Публика не оценит, вернее оценит, но совсем не так, как хотелось бы. Можно и неприятности схлопотать. Тогда я был вынужден поверить ему на слово, но много лет спустя, оказавшись в этом городе, я оценил справедливость его опасений. Выходя однажды из местного оперного театра был свидетелем того, как группа молодых (и не очень) людей дожидалась дам в мехах, чтобы облить их чернилами. Нравы в городе Сиэтле строгие и к убийцам живой природы в лице меховых зверей отношение самое нетерпимое.